Денис Добрин: По игре я скучаю, но смотрю на вещи позитивно – еще поиграем!
Поиск
En Ru
+7 (985) 761-97-53

Денис Добрин: По игре я скучаю, но смотрю на вещи позитивно – еще поиграем!

14 февраля 2020

b2-ph3.jpg
Денис, расскажи, как ты увлекся бриджем? Когда это произошло?

С бриджем я познакомился, когда жил в Рыбинске и учился в восьмом классе. Мой сосед по подъезду Дмитрий Николаевич Почечуев однажды пригласил нас с другом к себе. Он рассказал, что существует такая интеллектуальная спортивная игра. У меня сразу сложилось впечатление, что бридж – это неплохо, и рыбинский бридж-клуб пополнился двумя начинающими игроками. Сегодня мой первый партнер живет в Санкт-Петербурге, в бридж не играет, но продолжает с интересом наблюдать за соревнованиями. Фейсбук, к счастью, не читает.

До бриджа ты серьезно увлекался музыкой. Как это повлияло на твою жизнь?

Музыкой я начал заниматься в четыре года. После 9-го класса поступил в Гнесинское музыкальное училище, переехал в Москву, поселился в общежитии и начал самостоятельную взрослую жизнь. Как хороший студент, первый год я полностью посвятил учебе, а вот на втором курсе, когда почувствовал себя более свободно и уверенно, решил позвонить по номеру, который нашел в журнале «Бридж в России»и в скором времени я играл свой первый московский турнир в бридж-клубе на «Автозаводской» в паре с Пашей Хайловым – человеком, доброжелательнее которого я никого в своей жизни, наверное, не встречал.

Как бридж сказался на учебе?

На этот вопрос нет простого и однозначного ответа. Если спросить родителей, думаю, ответ будет скорее отрицательным: бридж отнимал какое-то время. Сам я смотрю на это иначе. Я учился музыке в общей сложности 20 лет: 11 лет в музыкальной школе, 4 года в Гнесинском музыкальном училище, 5 лет в Гнесинской музыкальной академии. Предположить, что все двадцать лет у меня не было никакого иного увлечения, кроме музыки (ну и девушек), невозможно. Бридж заполнил эту нишу и отнимал какое-то время, какое бы, впрочем, отнимало любое другое хобби. Зато я могу сказать точно, чему бридж меня научил: гораздо лучше и четче планировать свое время, совмещать задачи, которые на первый взгляд кажутся несовместимыми, расставлять приоритеты. Это очень важно, поскольку через несколько лет в моей жизни появились еще две бесконечные вселенные: работа, не связанная ни с музыкой, ни с бриджем, и семья. Признаюсь, жонглировать временем становится всё сложнее, приходится что-то сокращать, от чего-то отказываться, но наиболее важные вопросы решать пока удается.

b2-ph2.jpg Какие свои достижения в бридже ты считаешь наиболее значимыми?

Самым ярким периодом было участие в спортивном проекте Сергея Кириленко: на протяжении двух с небольшим лет (с конца 2005 по 2007) мне посчастливилось работать в паре с Максимом Жмаком – прекрасным игроком и очень серьезным и ответственным человеком. Интенсивность, с которой мы практически ежедневно трудились над системой торговли, вистом, анализировали сыгранные сдачи, сложно представить. Высшей точкой стала победа в командном чемпионате России – пожалуй, самое значительное из моих достижений. Это ни в коем случае не означает, что я меньше ценю других партнеров, в разное время терпевших меня с моими ошибками за бриджевым столом, или меньше горжусь иными своими достижениями. Я горжусь всеми победами и успехами и считаю, что мне очень повезло с партнерами – разными по уровню, темпераменту, стилю и при этом всегда интересными и порой неординарными людьми. Но если говорить именно о по-настоящему глубоком погружении в игру, скрупулезном изучении ее ткани, двухлетний период партнерства с Максимом качественно отличается от всего моего предыдущего и последующего опыта игрока.

Как ты попал в судейство? Кто учил судить?

Бриджевым судейством я заинтересовался еще в Рыбинске, стараясь улучшить организацию городских и областных соревнований с точки зрения подбора оптимальных схем движения. Первые клубные турниры в Москве я провел в бридж-клубе Михаила Абрамовича Литмана, время от времени подменяя основных судей – Сашу Молчанова и Сашу Сухорукова. Важнейшей вехой в развитии моей судейской карьеры стало открытие бридж-клуба «Бермудский Треугольник», куда меня пригласили работать помощником главного судьи. Это было летом 2001 года, я был студентом, жил в общежитии и с трудом дотягивал до стипендии. Работа в БКБТ была для меня возможностью элементарно заработать, она хорошо сочеталась с учебой – мое присутствие требовалось далеко не на всех соревнованиях, поэтому я сразу согласился. Именно тогда легкое увлечение бриджевым судейством перешло в нечто гораздо более профессиональное, хотя до того момента, когда я сам себе смог сказать, что действительно стал неплохим судьей, еще оставались долгие годы.

Что касается учителей, особо отмечу Сашу Молчанова, с ним я плодотворно и очень комфортно работал несколько лет – как в московском бридж-клубе, так и на выездных российских соревнованиях. Саша – это человек, который знает об организации бриджевых турниров абсолютно всё, и своими знаниями, а также привитой мне аккуратностью я обязан именно ему. Если же вспомнить, кто мне помогал научиться принимать решения по тем или иным судейским проблемам, это и Саша Сухоруков, и Миша Розенблюм, и Витольд Бруштунов, и Сергей Литвак, и, конечно, мои постоянные коллеги – Антон Осипов, Лена Соколова, Костя Рабкин, Алексей Захаров, Алексей Герасимов, Игорь Ковальков и другие. Именно в дискуссиях с коллегами очень часто приходит понимание каких-то вещей и рождаются наиболее компетентные решения.

Денис, расскажи о партнерстве с Антоном Осиповым.

В 2004 году, когда по стечению обстоятельств Саша Молчанов перестал судить бриджевые турниры, я остался один. Буквально: один судья на все московские турниры. Ситуация была крайне тревожной, потому что мне практически каждый день приходилось приезжать в клуб, я не мог ни заболеть, ни что-то запланировать, и что самое неприятное – у меня возникли проблемы с учебой. Мне просто некогда было заниматься: утром лекции, а вечером я судил турниры в клубе. Срочно требовался помощник. Мы попробовали привлечь Валю Кычанова, который очень сильно мне помог, проведя несколько клубных турниров. Но Валя – профессиональный игрок и замечательный тренер, следовательно все относительно крупные соревнования он априори не мог судить. А между тем на носу был зимний парный чемпионат России – рекордный, кстати, по числу пар (169), который проводился в пансионате «Софрино», в разных корпусах, без Молчанова, с ручным подсчетом результатов (никаких бриджмейтов еще не было в помине), и я уже готовился к неизбежному худшему. И вот за несколько дней до начала чемпионата ко мне в ICQ неожиданно постучался человек с ником, напоминающим «scorps-чегототам». Представился: Антон Осипов из Ярославля. Я знал, кто такой Антон Осипов, потому что периодически приезжал на турниры в Ярославль (и до сих пор приезжаю), но мы никогда не общались. Я спросил, чем могу помочь, и в ответ получил довольно неожиданный вопрос: можно ли приехать на чемпионат – посмотреть, как он проводится, буду рад помочь, если потребуется, готов оплатить все расходы. Антон приехал, чемпионат мы провели. Это был не самый легкий турнир, но в целом всё получилось гораздо лучше, чем я ожидал. Но главное – у российского бриджа появился Антон Осипов, который за прошедшие с тех пор почти 15 лет превратился в такого высококлассного и высокопрофессионального специалиста по организации и судейству турниров, каких на сегодняшний день в мире очень мало. Есть, но очень-очень мало. В лице Антона я нашел и близкого друга.

b2-ph4.jpg Как вы с Антоном получили статус судей международной категории Европейской бриджевой лиги?

В какой-то момент мы (группа наиболее активных российских судей) осознали, что для дальнейшего прогресса нам необходимо налаживать связь с международным судейским сообществом. За годы работы у нас накопились вопросы, ответы на которые мы не могли найти в существующих документах; разногласия, которые мы не могли разрешить в рамках внутреннего обсуждения; и уже появилось ощущение застоя: бесконечно вариться в одном котле и при этом избежать стагнации невозможно. Поэтому в 2016 году мы решили принять участие в курсах Европейской бриджевой лиги (EBL) – как говорится, себя показать, других посмотреть. Выступили неважно: волнение, недостаток английского языка и полное отсутствие опыта быстро решать очень специфические задачи. Единогласно решили, что необходим реванш. Два следующих года мы ездили на так называемые региональные курсы EBL, усердно готовились к ним, и дело пошло заметно лучше. А в начале 2019 года, когда EBL вновь проводила основные судейские курсы, мы с Антоном получили статус судей международной категории. Это признание, это приятно, но главное – установились дружеские отношения с хорошими судьями из самых разных стран. Именно это было нашим изначальным посылом, и я очень рад, что эту задачу удалось выполнить.

Расскажи о работе на международных турнирах. Где ты судил первый раз за рубежом?

Мы никогда особенно не стремились судить международные турниры, да и не рассчитывали, что нас будут приглашать, потому что в среднем приглашение иностранного судьи – это очень затратно. Первой ласточкой стала Майя Романовска, которая в 2007 году мне просто сообщила: мы с Карлисом делаем новый турнир в Юрмале, и я хочу, чтобы ты его судил. С той поры прошло уже 12 замечательных турниров Riga Invites to Jurmala, и я надеюсь, что их будет еще как минимум столько же. География турниров постепенно расширялась, нас стали регулярно приглашать на европейские и мировые чемпионаты. Сегодня есть круг более-менее постоянных турниров, которые мы стараемся не пропускать.

Где больше нравиться судить и работать?

Каждый турнир хорош и интересен по-своему. Зарубежные турниры привлекают тем, что можно куда-то съездить и что-то новое и интересное посмотреть. Чемпионаты Европы и мира – это определенный статус и возможность поработать с лучшими мировыми специалистами. Но к родным российским турнирам – во всяком случае, пока мы профессионально занимаемся их организацией – мы относимся с особой теплотой и трепетом и всегда стараемся сделать свою работу как можно лучше.

Как обстоят дела с восприятием игроками решений судьи? Расскажи про апелляции.

Десять лет назад я бы сказал, что восприятие судейских решений игроками за рубежом гораздо спокойнее и адекватнее, чем у нас. Сегодня ситуация изменилась. Большинство участников российских турниров уже неплохо разбираются в том, что приблизительно должно произойти в той или иной ситуации. Это не означает, что игроки всегда согласны с решением, но они понимают: чтобы пытаться оспорить это решение, необходимо указать на конкретное место в судейском алгоритме, по которому у них есть возражения. Конечно, время от времени встречаются эмоциональные всплески, попытки (как правило, безуспешные) в десятый раз доказать судье безупречность своих рассуждений, но такие ситуации довольно редки, к тому же случаются они как у нас, так и на зарубежных турнирах.

Что касается апелляций, к полной отмене классических апелляций мы на сегодняшний день не готовы.

b2-ph5.jpg Какие турниры продолжаешь играть? Скучаешь по игре?

Так сложилось, что теперь я играю в основном только микстовые соревнования со своим прекрасным партнером. Играть существенно больше турниров у меня, к сожалению, на сегодняшний день возможности нет по многим причинам. По игре я, конечно, скучаю, но смотрю на вещи позитивно – еще поиграем.

Что думаешь про положение бриджа в мире? Утихает постепенно интерес?

Это очень сложно оценить. Я в основном бываю на турнирах, а это такой довольно сомнительный показатель. Во многих странах основная бриджевая жизнь сосредоточена в клубах, а не на чемпионатах страны или крупных турнирах, и далеко не все клубы аффилированы с бриджевым центром – федерацией. Например, два крупнейших клуба Лондона – Acol Bridge Club и клуб Эндрю Робсона – не входят в Английский бриджевый союз. В бридж-клубе Acol около 800 членов (в одном клубе!), у Робсона, насколько я знаю, чуть поменьше, но тоже выглядит очень впечатляюще. Чтобы избежать угасания, надо заниматься развитием и привлечением новых игроков, и я очень рад, что сейчас у нас появились новые люди, которые готовы тратить на это время и усилия. Я бы очень хотел, чтобы такая динамика продлилась как можно дольше.

Кто учит судей в России? И как это происходит за рубежом? Если кто-то у нас захочет научиться судить, к кому обращаться?

Формально ответственность за организацию обучения судей лежит на судейской коллегии ФСБР, которую я в настоящий момент возглавляю. Но сегодня мы ведем индивидуальную работу с судьями в зависимости от стоящих перед тем или иным судьей задач: от помощи в выборе схемы движения и организации подсчета результатов до непосредственно принятия судейских решений. Региональных судей мы периодически приглашаем работать на парных чемпионатах России. За рубежом все устроено очень по-разному. В некоторых странах, где есть большие федерации, проводятся семинары – там, где можно собрать группу судей приблизительно одного уровня и с ней отработать какие-то темы. Но немало стран, где нет ни одного активного по-настоящему квалифицированного судьи. Потому что бриджевое судейство – очень специфическое занятие, на которое нужно тратить личное время (а чтобы стать хорошим судьей – много времени), и то, что порой получают судьи, особенно начинающие, в качестве ответной реакции от общества, не всех устраивает и не всех мотивирует продолжать заниматься этим дальше. Это очень широко распространенная проблема, а может быть, просто такова жизнь. Я всегда призываю относиться к судьям более лояльно. Людям, которые хотят стать судьей, могу посоветовать: во-первых, изучить Кодекс, прочитать его несколько раз – этого не избежать, а затем сообщить о своем желании любому представителю судейской коллегии ФСБР.

b2-ph6.jpg Денис, расскажи про идею создания турнира в Рыбинске.

Мне очень хотелось организовать большой турнир на родине, в котором могли бы поучаствовать люди, никогда не выезжающие на соревнования в Москву. Энергии в то время у меня было очень много, поэтому я предложил идею создания парного чемпионата России на ИМП, взяв на себя ответственность за его организацию. Получилось хорошо, хотя первые несколько лет конструкция была очень хрупкой: в «Демино» еще не было гостиницы, и нам приходилось размещать значительную часть участников в городе или других пансионатах. Примерно через пять лет гостиницу достроили, и всё стало проще. В этом году летний чемпионат отмечает пятнадцатилетие, пользуясь случаем, приглашаю всех принять в нем участие.

Какие твои дальнейшие планы, мысли, идеи развития в бридже?

Мы с Антоном не привыкли раскрывать свои планы, пока идея не обретет очертания чего-то готового, что можно показать и о чем можно предметно говорить. Мы постоянно обсуждаем какие-то новые проекты, что-то уже находится в разработке, и я думаю, мы еще не один раз вас чем-нибудь порадуем!